Поляки в Петербурге

Автор: mosever от 27-12-2016, 10:40

История польской общины в Санкт-Петербурге тесно связана с городом с самых первых лет его существования. По замыслу Петра I город должен был стать столицей новой преображенной России. Всем иноверцам, прибывшим на невские берега, царь-реформатор обещал религиозную терпимость и возможность совершать богослужения. 
В 1710 году в Немецкой слободе на месте, где ныне расположено здание «Ленэнерго», была построена небольшая деревянная церковь. Первым настоятелем прихода стал поляк о. Даниэль Зеровски. Католическая община в те годы был многонациональной. Кстати, именно из сохранившихся писем польского монаха-францисканца Доминика Центавскогомы узнаем о жизни местной общины. Так о. Доминик повествует о том, что царь Петр не только присутствовал на богослужении и слушал проповедь польского священника, но и затем заглянул в ризницу, чтобы ее прокомментировать. Как пишет священник, во время проповеди он рассказал историю про монаха, которому явился диавол и предложил выбор совершить один из трех грехов: пьянство, прелюбодеяние или убийство. Монах выбрал первый вариант. Но упившись, совершил прелюбодеяние и убийство. В письме польский священник замечает, что Петр первый смеясь, сказал ему, что «у нас на Руси некоторые хоть и не пьют, но и прелюбодействуют, и убивают».
Из наиболее известных личностей того времени стоит вспомнить графа Павла Ягужинского, первого генерал-прокурора. Карьера его типична для петровского периода. Сын церковного органиста он начал свою карьеру чистильщиком сапог, был замечен фельдмаршалом Головиным и вскоре способный юноша стал денщиком Петра I. Прекрасно владевший несколькими языками, он неоднократно выполнял важные дипломатические поручения Петра I. Когда в 1722 году была учреждена прокуратура, то первым в истории нашего государства генерал-прокурором был назначен Павел Ягужинский. Представляя его Сенату, император сказал: «Вот око мое, коим я буду все видеть». Довольно быстро Ягужинский становится фактически вторым лицом стране. По отзывам современников Ягужинский был умен и деятелен. Мысли свои выражал без лести перед самыми высокими сановниками и вельможами, порицал их смело и свободно. Не случайно светлейший князь Меншиков «от души ненавидел его». Не удивительно, что в своей карьере он познал и взлеты, и падения. 
Польская диаспора в Санкт-Петербурге значительно увеличилась после разделов Речи Посполитой между Пруссией, Россией и Австрией в конце XVIII века. В столицу империи прибыли представители польской элиты и аристократии. Сюда устремились студенты, а так же многочисленные ремесленники. Польские аристократы занимали заметное место в придворной и светской жизни Санкт-Петербурга. Стоит упомянуть хотя бы князя Адама Чарторыйского, бывшего Министром иностранных дел и ближайшего сотрудника императора Александра I. Среди российской аристократии даже распространилась своеобразная мода жениться на польках. Так, например великий князь Константин Павлович, провозглашенный императором, отрекся от престола в связи с женитьбой на графине Жанетте (Иоанне) Грудзинской. 
Впрочем, не все оказавшиеся в Санкт-Петербурге поляки, прибывали сюда по собственной воле. Здесь, после отречения от престола, жил последний король Польши Станислав Август Понятовский. Он скончался в своей резиденции в Мраморном дворце 12 февраля 1798 года и был похоронен с королевскими почестями в католическом соборе святой Екатерины Александрийской на Невском проспекте. Во время отпевания был исполнен специального написанный по этому случаю «Реквием» Осипом (Юзефом) Козловским. В историю композитор вошел как автор праздничного полонеза «Гром победы, раздавайся», который был гимном Российской империи с 1791 по 1816 годы. Осип Антонович родился в Речи Посполитой в 1757 году, обучался в Варшаве.В 1786 году вступил в русскую армию и участвовал в русско-турецкой войне. Попал под покровительство князя Потемкина и стал известен в Санкт-Петербурге, как талантливый композитор. В 1799 году он был назначен «инспектором музыки» императорских театров, а в 1803 получил должность «директора музыки» и фактически стал руководителем музыкальной и театральной жизни Петербурга. 
Некоторое время в Петербурге жил и величайший польский поэт Адам Мицкевич. В российской столице он прибывал в изгнании за активную политическую деятельность. На невских берегах он сблизился с участниками декабристского движения и русскими писателями и поэтами. По словам литературного критика того времени, Ксенофонта Полевого, Пушкин относился к Мицкевичу с величайшим уважением. Великий русский поэт, который обычно сам господствовал в кругу литераторов, в присутствии польского коллеги был крайне скромен, так как считал его более образованным и учёным. Мицкевич запомнил Петербург иным. Его несколько строк из поэмы «Дзяды» лучше всего характеризуют впечатления поэта:
«…У зодчих поговорка есть одна:
Рим создан человеческой рукою,
Венеция богами создана;
Но каждый согласился бы со мною,
Что Петербург построил сатана».
Примерно в это же время в Санкт-Петербурге живет еще один поляк: Александр Орловский. Он родился в Варшаве в дворянской семье. С самого детства увлекался рисованием. Ему благоволили княгиня Изабелла Чарторыйская и князь Юзеф Понятовский, но свое подлинное величие он обрел именно в нашем городе, куда перебрался в 1802 году и прожил до конца жизни. Здесь он стал академиком Императорской академии художеств. Его картины можно встретить в Эрмитаже, а имя в сочинениях Пушкина. Например, в поэме «Руслан и Людмила»: 
«Бери свой быстрый карандаш,
Рисуй, Орловский, ночь и сечу»!
Художник дружил с Иваном Крыловым, Петром Вяземским, Денисом Давыдовым, которые любили и ценили его. Кстати, Крылов именно Орловскому заказывал иллюстрации для изданий своих басен. 
Еще одним академиком Императорской академии художеств является Генрих Семирадский, считающийся одновременно русским и польским художником. Его картины хранятся и в Русском музее и в Национальном музее в Кракове. Говоря о великих петербургских поляках сложно не упомянуть великих танцовщиков Матильду Кшесинскую и Вацлава Нижинского. 
Невозможно упомянуть и еще одного поляка, внесшего значительный вклад в жизнь нашего города. Это Станислав Кербедз, автор первого постоянного моста через Неву. По легенде Николай I обещал Кербедзу повышать звание за каждый пролёт, отчего якобы инженер быстро пересмотрел проект в сторону увеличения числа пролётов. Кербедз действительно получил генеральский чин после завершения строительства моста. 
За свою жизнь Станислав Кербедз возвел множество мостов, преподавал в Институте корпуса инженеров путей сообщения. За свои многочисленные заслуги он был пожалован чином действительного тайного советника, являлся членом-корреспондентом и почётным членом Петербургской Академии наук.
Со времени реформ Александра II число поляков постоянно возрастало. Польская община была одной из самых многочисленных в нашем городе. Согласно переписи населения 1897 года, в Санкт-Петербурге насчитывалось почти 37 тысяч человек, считавших польский своим родным языком. 
Значительную роль в жизни петербургской диаспоры играла Церковь. В городе было более двух десятков католических храмов и часовен. Здесь находилась резиденция митрополита, возглавлявшего Католическую Церковь Российской империи. В Санкт-Петербурге располагалисьКатолические духовные академия и семинария. 
В Санкт-Петербурге жили и трудились священники и монахини, причисленные затем к лику святых Католической Церковью. Среди них святые ЗигмунтФелинский, Рафал Калиновский, Альберт Хмелевский, Ежи Матулевич, Урсула Ледуховская, блаженные АнтонийЛещевич и БолеславаЛамент. По состоянию на начало 1914 года в нашем городе жило более 100 тысяч католиков, решительное большинство которых были польского происхождения. 
Вторая четверть ХХ века сильно повлияла на количественный состав Санкт-Петербурга. После октябрьской революции и возрождения польской государственности немало людей вернулось на родину. Но самый большой удар был нанесен во время сталинских репрессий. Несколько тысяч петербургских поляков лежит в братских могилах на Левашовской пустоши, вместе с представителями других национальностей. Согласно Всесоюзной переписи населения в 1939 году в Ленинграде жило чуть больше 20 тысяч поляков. 
И в послевоенные, и в нынешние времена поляки продолжают жить и трудится в городе на Неве. Вот лишь несколько имен. 
Кто не знает Янину Жеймо, исполнительницу роли Золушки в одноименном фильме, выпущенном в 1947 году?! Она родилась в Гродненской области в семье цирковых артистов. В 20-х годах прошлого века приехала в Ленинград. Снималась на Ленфильме. Провела всю войну в осажденном городе. Лишь выйдя замуж за польского режиссера, покинула в 1957 году, ставший родным город и поселилась в Варшаве. 
А вот Владислав Стрельчик родился в Петрограде в польской семье. Мальчиком Слава Стржельчик прислуживал в храме святой Екатерины на Невском проспекте. Вдова артиста Людмила Павловна Шувалова, как ни странно именно, с этими фактами связывала особый шарм своего мужа: «Я думаю, что, может быть, оттуда, из храма эта исключительная осанка Стржельчика, благородство его фигуры, прямая спина. Он ведь все время должен был быть на виду. И, наверное, ему было это приятно». Впрочем, Владислав рос обыкновенным шалопаем, учился средне и обожал сладости. Рассказывал, как ходили на Пасху в церковь» - делится Людмила Шувалова. «И он по-тихому выковыривал изюм из куличей, которые стояли на столах».
После школы Стржельчик поступил в студию при Ленинградском Большом Драматическом театре, окончить ее не удалось – началась война, и он отправляется на фронт. После войны студент-фронтовик возобновляет учебу при БДТ, а затем зачисляется в труппу театра, где провел всю свою творческую жизнь. Есть ли смысл перечислять роли, сыгранные им и в кино в БДТ?! После похорон Владислава Игнатьевича, тогдашний худрук БДТ Тимур Чхеидзе произнес: «Мне легче поставить восемь новых спектаклей, чем заменить его в тех восьми, которые он играл в свои 74 года...». 
Эдита Пьеха, родилась в семье польских эмигрантов на севере Франции. Затем семья вернулась в послевоенную Польшу. «На уроках географии я всегда восхищалась Ленинградом и постоянно вырезала из учебников фото с его видами», - рассказывает Эдита Станиславовна. Мечта сбылась и после школы она попала в Ленинградский университет. В 1955 году она выступила с вокальным ансамблем, исполнив польскую песенку «Красный автобус». Номер произвел фурор. С этого момента и началось восхождение «звезды» Эдиты Пьехи. 
Несмотря на то, что певица уже давно и крепко связанна с Россией и Петербургом она не забывает о своей национальности. «На каком языке я думаю? Уже, конечно, на русском, а вот Богу молюсь по-польски, это с детства», - отвечает она на вопросы журналистов.
Согласно переписи населения 2010 года, в Санкт-Петербурге проживает лишь 2 647 поляков. Но людей с польскими корнями гораздо больше. Взять хотя бы Эдуарда Кочергина, главного художника БДТ, с чьим именем связанны все основные постановки великого Георгия Товстоногова. «Я воспитан матерью - полькой, русский язык не знал, она говорила со мной по-польски. Тетки, которые меня воспитывали, они тоже польки были. На Петроградской стороне, где я вырос, существовало польское землячество», - рассказывает Эдуард Степанович.
Сейчас в Санкт-Петербургедействует две крупные польские организации: "Полония” и «Конгресс поляков в Санкт-Петербурге». Они проводят многочисленныемероприятия, направленные на сохранение и популяризацию польской культуры и языка. В городе выходит два журнала «GazetaPetersburgska» (Петербургская газета) и «NaszKraj» (Наш край). Действуют польские фольклорные коллективы.


Журналист, старший преподаватель СПбГИКиТ, житель МО МО Северный - Михаил Фатеев

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий
 



.